6-го июля на Wink вышел заключительный эпизод российского сериала «Балет». Финал задал интригу для возможного продолжения, но историю можно назвать закрытой достойно. Юрий Кунгуров делится смешанными, но сильными эмоциями, которые ему подарил проект.
Спустя 2 года после первого сезона «Happy End» Евгений Сангаджиев выпустил новый сериал. Вместо индустрии вебкама – мир балета; вместо двух юных героев, сталкивающихся с первыми серьезными препятствиями – героиня с многолетним непростым опытом. Рута Майерс (Алла Сигалова – «Небо в алмазах»), знаменитый хореограф, десятилетия назад вынужденно оставила страну, которая еще называлась СССР. Гастроли в Америку оказались пожизненными. Она возвращается в Россию, согласившись на заманчивое предложение: поставить балет. До этого она закрыла очередной спектакль в Нью-Йорке – руководство и зрители были довольны премьерой, а ей собственная работа показалась позорной. В России все будет иначе: вместо тепличных западных условий ей предстоит бороться за свои идеи, доказывать профпригодность и противостоять козням завистников и старых врагов, которых она не видела с предыдущего тысячелетия.
На протяжении восьми серий драматургия «Балета» делает кульбиты раз за разом. В лучшие моменты сериал придерживается тонкости и неоднозначности: когда сталкиваются худрук Пронин (Игорь Гордин отлично передает полутона в эмоциях и действиях героя) с хитрым директором Корнеевым (Фёдор Бондарчук), вместо выбора одной «правильной» стороны предлагаются два абсолютно разных, по-своему симпатичных и по-своему же деструктивных взгляда. В противовес различным методам управления театром – творчество, которое стоит над интригами. И за него отвечает Рута, в образе которой тоже проскальзывает намек на неоднозначность. Когда подлая Лариса (Елена Морозова – «Дневник его жены»), заведующая репертуаром, которую некоторые артисты за глаза зовут «крысой», строит против Руты козни и размазывает ее спектакль, в обличительных речах сквозь слова про «формализм» и прочую чушь, отдающую риторикой 90-летней давности, слышатся и здравые доводы – ведь Рута, помимо блеска и нового видения, привносит в труппу театра хаос, то отказываясь от какого-либо информирования начальства о драматургии спектакля, то уезжая, не предупредив артистов, в Нью-Йорк, будто специально создавая условия для новых интриг и смуты. Но намек на «второе дно» образа все же скорее обусловлен уязвимостью сценария, и в парадигме сериала Рута – безусловная духовная победительница.
Сериал предлагает и прямо-таки насаждает ближе к финалу странноватую дихотомию нового и старого искусства: есть, мол, нафталинное «Лебединое озеро», и есть дивный новый балет Руты Майерс, который должен оживить потухший театр, радетели которого увлечены ценами в буфете, а не искусством. Вот только истина – посередине, в сосуществовании классики и эксперимента. И сам сериал, вопреки драматургическому тяготению к однозначности, оказывается посередине. В своей основе это вполне традиционная производственная драма, где творческие амбиции и потаенные мечты встречают изнанку театрального мира и закулисные интриги. Но поверх традиционной драматургии сериал позволяет себе эксперименты, подключая нотки сатиры (особенно удачно они звучат в эпизодах с Лазовским – чудным второстепенным персонажем Игоря Миркурбанова), используя фантазийно-сомнамбулические эпизоды, сосредотачиваясь на психологической драме Руты и ее подопечных.
Множество второстепенных персонажей живут какой-то своей, очень интересной жизнью, и каждый в ситуации с приездом Руты выявляет ранее скрытые качества – достойные или постыдные. Прямо по принципу балета сериал особенно выигрывает благодаря выразительной аранжировке приевшихся, казалось бы, мотивов. Как, например, неважно, сколько раз мы видели историю талантливого человека, в которого никто не верил, включая близких – это не мешает интересу к истории Ани (Маруся Фомина – сериал «Контейнер»), бухгалтера, в которой Рута увидела талант балерины и внутренний драйв, сидевший без реализации годами (хотя, казалось бы, даже подробности этой истории кажутся виденными где-то раньше не раз и не два). Не так интересны явные и довольно прямолинейные аналогии – от закулисной жизни театра, который сценаристы старательно прописали как абстрактный и вымышленный, но который изображен в очень конкретной московской локации, до смотрящегося с болью жесткого ареста Лазовского по сфабрикованному обвинению. Именно аранжировка – главное, чем ценен и почему увлекает от начала и до конца «Балет», старательно воссоздающий живую, сложную атмосферу жизни коллектива, возвращение в который блудной дочери сыпет соль на зажившие раны, но таким образом заставляет вырваться из инерции.
Комментарии 1