27-го июля на Max вышел финал детективного мини-сериала «Замкнутый круг» режиссера Стивена Содерберга («Одиннадцать друзей Оушена»). Юрий Кунгуров отчасти понимает эмоции зрителей, оставшихся в недоумении от его просмотра: это не самый дружелюбный, несколько перегруженный проект, и, тем не менее, великолепно поставленный и здорово придуманный.
Вроде бы многое в «Замкнутом круге» кажется знакомым. Клэр Дэйнс – снова в роли нервной женщины, многими повадками напоминающей ее Кэрри Мэтисон из «Родины» (2011 – 2020). Зази Битц («Геошторм»), как всегда, играет очень умную и очень настырную, ввязывающуюся в конфликт со всеми девушку. При просмотре возникает ряд ассоциаций, как всегда у синефила Содерберга. Какие-то проговорены самим режиссером: вдохновение при работе над сюжетом было почерпнуто из «Рая и ада» (1963) Куросавы; какие-то не озвучены, но напрашиваются. Саркастичная манера рассказа совершенно безумной, подчас алогичной криминальной истории напоминает «Фарго» (1995) братьев Коэн. А комическое развитие взаимоотношений похитителей с похищенным – это явный парафраз «Вождя краснокожих» О. Генри. Но эстет Содерберг, ежегодно выкладывающий в Интернет списки прослушанного, просмотренного и прочитанного, распределенные по дням года, использует эти и ряд других намеренно акцентированных ассоциаций не столько для переосмысления, сколько для создания культурного поля, сквозь которое прорывается очень своеобразная и оригинальная история.
Подробный пересказ завязки сериала может прозвучать как бред сумасшедшего. Если очень кратко: у состоятельных родителей (Тимоти Олифант и Клэр Дэйнс) пытаются похитить сына, но по случайности оказывается похищен другой мальчик. Во главе многоугольника стечения роковых обстоятельств – гайанская мафия, харизматичная глава которой – ни на минуту не сомневающаяся в своей правоте и выглядящая как ведьма из какого-то диснеевского мультфильма Савитри Махабир (Си Си Эйч Паундер), – инициирует это с целью… снять проклятие с семьи! В составлении модели похищения участвуют число Пи и меловый круг на месте преступления (та самая метафора замкнутого круга, вынесенная в название). В расследовании похищения сходятся судьбы множества персонажей, среди которых нет одного явного главного героя.
Для содействия в масштабном похищении из Гайаны привозят молодых людей, которым обещают американское гражданство в случае успеха. В сущности, шесть серий можно воспринять как иллюстрацию хаоса, который они застанут в красивой и благополучной Америке. Ветхие дома родного края, которые вновь появляются в финальных кадрах сериала, выглядят на этом фоне куда безопаснее – домишки, по крайней мере, честны и не таят в себе тайны и недомолвки. А тут врут все: от родных братьев до семьи похищенного, в которой никто не говорит друг другу примерно ни слова правды.
В сценарии Эда Соломона (это их с Содербергом третья совместная работа после «Мозаики» и «Без резких движений») удивительным образом находится справедливость для тех, кто проявляет себя в сложных и экстремальных ситуациях достойно, и наказание для гордецов, возомнивших себя богами. Это почти что поучительная, но без назидательности, страшная сказка, в которой безумные сюжетные повороты сосуществуют с правдоподобными нелепостями. Нам легко поверить, что телефон отца семейства, который идет платить выкуп преступникам, может по дурацкому стечению обстоятельств разрядиться. Потому что с кем это не случалось – в самой неподходящей ситуации. И в одутловатого полицейского, бегущего, преодолевая муки и пыхтя, за преступником, чтобы встретить пулю – одновременно героически и нелепо – верим.
У этой по-хорошему безумной истории был потенциал хита, которому помешало предельное недружелюбие к зрителю. В сравнении с предыдущей совместной работой Содерберга и Соломона, неудачным «Без резких движений» (2021), «Замкнутый круг» куда более внятен – все же шесть запутанных серий воспринимаются легче, чем скомканные два часа. И на пользу пошел формат, в котором сериал выходил на Max: не по одной, а по две серии в неделю. Но жаль, что витиеватость отпугнула потенциальных зрителей истории, для входа в перипетии которой необходима предельная концентрация. Многое уведено в подтекст, и в тексте остаются лакуны: многие стороны жизни героев и события их прошлого хотелось бы увидеть, а не только услышать, но дуэт Содерберг-Соломон предпочитает намеки и обрывистость (что не всегда идет на пользу). Вот и заканчивается сериал на типичном для режиссера вздохе: как ранее в «Траффике» (2000) и «Удаче Логана» (2017), одному из героев, судя по всему, предстоит столкнуться с правосудием, но это оставлено за кадром – уже типичная содербергская нотка горечи, результат которой находится вне зрительского внимания.
Содерберг работает в привычном стахановском темпе: всего полгода назад у него вышел «Супер Майк: Последний танец». Скорость приводит к некоторой автоматизации: большинство его фильмов за последние лет 10 стали скорее высокими достижениями рациональной режиссуры, чем свежими для автора высказываниями. «Замкнутый круг» оказывается посередине: пусть и не откровение, но крепкая и серьезная работа. Как всегда, дотошная, продуманная до мелочей, вызывающая стойкое желание посмотреть, что Содерберг приготовит в ближайшие полгода-год.
