Сериал «Шугар», написанный Марком Протосевичем («Я – легенда»), вышел в полном объеме на Apple TV+. Главную роль — частного детектива — в нем исполнил Колин Фаррелл («Залечь на дно в Брюгге»). За 8 эпизодов «Шугар» успел наделать шума в начале апреля, удивить в середине месяца и разочаровать в мае. Чем запомнился нуарный триллер от «яблочного» стриминг-сервиса — рассказывает Артём Родин.
О чем сериал
Джон Шугар (Колин Фаррелл) прибывает из Японии после успешного завершения одного из своих многочисленных детективных расследований. На встречу его приглашает именитый голливудский продюсер Джонатан Сигел (Джеймс Кромуэлл — «Секреты Лос-Анджелеса»). Задача частного сыщика — найти внучку (Сидни Чендлер — «Не беспокойся, дорогая»), которая вырвалась из-под контроля семьи и к которой дед питает слабость, хотя, забегая вперед, эта сюжетная нить могла бы быть раскрыта, как в «Китайском квартале» (1974). Зацепки есть, но все так норовит набросить лишнего на разгоняющийся вентилятор лжи. Заручившись поддержкой своих знакомых, детектив Шугар отправляется на расследование на своем голубом Chevrolet Corvette Stingray 1963-го года, чистом американском маслкаре.
Детектив знает Голливуд как свои пять пальцев, не только территориально, но и в плане культурного контекста, выдавая остроумные фразы из фильмов золотой эры. Классика врезается внутрь повествования, где зритель должен видеть проходные кадры — видим кадры черно-белых отрывков, где, возможно, размышления персонажа — наблюдаем и записываем цитаты из, например, «Странной любви Марты Айверс» (1946). В разной степени и перекрестиях внутри истории «Шугара» можно заметить такие картины, как «Двойная страховка» (1944), «Третий человек» (1949), «Сансет бульвар» (1950), «Ночь охотника» (1955), «Минни и Московитц» (1971), «Джексон-тринитротолуол» (1974) и многие другие.
Кто создавал сериал
Проект создан Марком Протосевичем, тем самым сценаристом-концептуалистом, который ответственен за адаптацию книги «Я – легенда» в фильм 2007-го года с Уиллом Смитом в главной роли. Однако его драматургической опорной точкой принято считать работу-мозаику из собственных выдумок — фантастический триллер «Клетка» (2000), срежиссированный Тарсемом Сингхом (снял клип группы R.E.M. «Losing My Religion»). Отдельно стоит добавить, что у Протосевича был опыт работы над другими, менее удачными и более «базовыми» сценариями, такими как первый фильм о боге грома — «Тор» (2011); или американская адаптация южнокорейского киношедевра «Олдбой». А для более опытных зрителей имя Протосевича говорит о несбывшихся мечтах поклонников комиксов, ведь именно он написал сценарий к проекту Джоэла Шумахера «Триумф Бэтмена» (антагонистом должен был стать Пугало, а сыграть его Николас Кейдж), который так и не увидел свет.
Небольшой экспромт, посвящённый фильмографии Протосевича, в связи с тем, что все его работы оказались неоднозначными как по мнению критиков, так и среди зрителей. Сценарист всегда старается удивить, не твистами, как М. Найт Шьямалан, или компиляцией отсылок к поп-культуре, как Квентин Тарантино, — в подобной киноплоскости он находится где-то между этими двумя кинематографистами. А еще между экспериментальным визионером, нейросетью и автором с форумов об НЛО.
Работы Протосевича имеют ряд характерных черт: полижанровость, где фантастика тесно засасывает в будущее, основываясь на реальных глобальных проблемах; герой как ненадежный рассказчик, а, значит, хранящий о себе тайны и секреты, о которых, кстати, способен догадаться зритель; и попытки заново изобрести себе форму, скомканную, сложную и комплексную. Ему нравится вводить протагонистам секреты и в расследованиях, и внутри переживаний. В «Шугаре» комплексная форма — это стилизация, культивирование отсылок и цитирование любимого жанра середины прошлого века. Не зря Шугар заранее прозван Протосевичем «детективом-синефилом», — цитата из первого эпизода:
– Так вы любитель кино?
– Любитель? Любитель… это мягко сказано. У меня зависимость.
Как это сделано
Экспериментально, но с любовью и уважением к искусству. Закадровый голос Фаррелла вводит в эстетику нуара, следствие героя идет параллельно с расследованием зрителя: кто такой Джон Шугар, почему он знает столько языков и какие ответы проговариваются, а какие придется искать самостоятельно. И если до последней четверти проекта сюжетные ловушки могут сбить зрителя с пути, то 6-й эпизод разделил аудиторию и ее ожидания на две части. Если рисковать с поворотами, то их нужно оправдывать, а, как показывает практика, это очень сложно. Финал истории от Протосевича не раскрывается, а из-за невнятного эпилога студия будто вынуждена снимать второй сезон (анонса пока не было). Протосевич, с одной стороны, не боится сложностей и предлагает под покровом политической интриги вмешаться в голливудские криминальные разборки богатой семейки, а с другой — своим твистом заставляет зрителя пересмотреть первые 5 серий, дабы отодвинуть основной сюжет на задний план.
«Шугар» робко вплетает в историю движение #MeToo, показывая активность в социальных сетях главного макгаффина сериала — внучки продюсера. Но незаконное и аморальное поведение Голливуда, а точнее, его темная сторона, давно известны и зрителям, и кинематографистам. В результате попытка Протосевича затронуть эту тему выглядит не то что заезженной, а просто никакой. Да, с помощью Джона Шугара зритель узнает о подробностях жизни известной киносемьи, да, у каждого есть свои секреты, но никто из героев не интересен, потому что они просто есть и они плохие. Казалось бы, обычные проблемы студийного кино, когда персонажам не хватает времени и глубины, чтобы раскрыться, но это не фильм, а 8-серийная история.
Тем не менее зрительское любопытство к персонажу Колина Фаррелла росло с каждой серией. Благо, искать отсылки к классике и находить их значение позволил выход одной серии в неделю и продолжительность эпизодов в 30 минут. То есть темп быстрый, а содержание сжато, и пропущено глазами парой опытных кинематографистов. В режиссерском кресле попеременно работали Фернанду Мейреллиш («Два Папы») и Адам Аркин, которому не в новинку находиться в статусе сериального постановщика (в его послужном списке такие шоу, как «Наследники», «Предложение» и «Фарго»). Однако режиссура здесь подвержена концептуальной стилизации, особенно монтажной. Рваный, резкий, ускоряющийся с помощью скачков планов и углов зрения, чем-то иногда напоминающий монтажные фразы в работах Жоры Крыжовникова («Слово пацана. Кровь на асфальте»), что не так характерно для сериалов для домохозяек со стриминговых платформ. Форма здесь сильно преобладает над содержанием, сценарий оставляет смешанные чувства, но подача привлекательна.
Итог
«Шугар» Марка Протосевича имеет любопытную визуальную и повествовательную конструкцию, но серьезно страдает из-за непроработанного сценария. Авторский предфинальный штрих выглядит как твист ради твиста. После просмотра остается много вопросов, тем не менее, впечатления от сериала скрашивает Колин Фаррелл с его монологами и голубым «корветом» и монтажные решения, которые, как оказалось, идеально вписываются в нуарную эстетику сериального постмодерна. Из авторского проект превращается в интересное фоновое зрелище, где все, что не происходит с Джоном Шугаром, можно пропустить, отвлекаясь на телефон. Но! «Шугар» определенно войдет в список главных сериалов 2024-го года как один из самых экспериментальных проектов стриминговых платформ.
