15 апреля во всем мире традиционно отмечается Международный день культуры. Праздник тесно связан с состоявшимся в Вашингтоне в 1935-м году подписанием договора «Об охране художественных и научных учреждений и исторических памятников», также известного в международной правовой практике как Пакт Рериха. Истоки праздника уходят в 1931 год, когда на конференции в бельгийском городе Брюгге, посвященной продвижению международного договора об охране культурных ценностей, Николай Рерих выдвинул предложение о проведении Всемирного дня культуры.
По такому случаю вспоминаем любимый многими зрителями (высокие оценки на кинопорталах: 7,7 баллов на КиноПоиске и 7,9 на IMDb) фильм «Залечь на дно в Брюгге» (2007).
Выбор пал именно на эту картину неспроста, ведь кинолента блещет неимоверным количеством культурных отсылок. Фильм является полнометражным дебютом британского драматурга Мартина МакДоны и представляет собой идеальный образчик киноискусства, которым было бы впору гордиться не только дебютанту, но даже опытному режиссёру, находящемуся на пике своего творчества. Хотя, если вспомнить, то мастерство МакДоны без труда считывалось ещё в его оскароносном короткометражном фильме «Шестизарядный» (2004), где автор блеснул свойственной ему филигранной драматургической составляющей. Мартин МакДона напоминает мага и чародея, который из одних и тех же ингредиентов умудряется каждый раз варить новое зелье, соединяя несоединимое и околдовывая зрителя вновь и вновь. Только эти чары не рассеиваются со временем, поскольку его дебют уже заслужил статус классики современного кинематографа, а его новые работы по-прежнему привлекают актёров мировой величины и продолжают радовать киноманов и критиков.
По сюжету фильма два киллера, Кен (Брендан Глисон) и Рэй (Колин Фаррелл), после неудачного «заказа» приезжают в бельгийский городок Брюгге, примечательный своей средневековой архитектурой. Там они селятся в небольшой гостинице и ждут звонка с дальнейшими указаниями от своего босса Гарри Уотерса (Рэйф Файнс). В ожидании вестей напарники развлекают себя как могут — катаются по каналам, гуляют по площадям, осматривают местные достопримечательности. Но если Кен в восторге от такой средневековой романтики, то Рэй изнывает от скуки и вовсе не рад своему пребыванию в Брюгге. Он ожидает своего напарника, бросая язвительные фразочки в адрес американских туристов, пока тот наслаждается видом с городской колокольни. Немногим позже, заглядевшись на актёра-карлика (Джордан Прентис), Рэй узнает, что в городе снимают фильм, и посреди съёмочного процесса вдруг обнаруживает её (Клеманс Поэзи) – девушку Хлою, существование которой позднее станет единственным, что делает Брюгге для Рэя более-менее сносным местом.
В «Залечь на дно в Брюгге» автор символически продолжает историю, рассказанную им в «Шестизарядном». Брендан Глисон, снова готовый заставить людей по ту сторону экрана в полной мере прочувствовать и разделить душевное состояние своего героя, воплощает всё тот же образ степенного и проницательного мудреца, неравнодушного к младшему собрату по несчастью. Режиссёру МакДоне здорово удаётся игра на контрастах, он любит использовать запретные приёмы, сочетать противоречивые концепции, называть чёрное белым, да ещё так убедительно, что зритель верит ему безоговорочно. Сцена, в которой герои посещают музей Грунинге, созерцая «Суд Камбиса» Герарда Давида и «Страшный суд» Иеронима Босха искусно передаёт настроение терзаемого тяжелым чувством вины Рэя, с отвращением рассматривающего, как сдирают кожу с продажного судьи, и вглядывающегося в триптих Босха, соотнося свой грех с расплатой, запечатлённой на холсте голландским живописцем.
Помимо шедевров фламандской живописи, выставленных в музее Грунинге, в фильме встречается множество иных знаковых памятников средневековой культуры. Одной из центральных сюжетных локаций является выполненная в готическом стиле башня Белфорт — главная архитектурная достопримечательность Брюгге, находящаяся на рыночной площади. Башня имеет богатую историю, насчитывая к сегодняшнему дню почти 800 лет. Также герои плавают на лодке по каналам города, минуя Розенхудкай (Набережная роз) и Госпиталь святого Иоанна, беседуют, сидя на скамье на Площади Яна ван Эйка. В фильме неоднократно фигурирует Парк Королевы Астрид, альковы которого, по мнению одного из героев, лучше всего подходят для реализации преступных умыслов. «Залечь на дно в Брюгге» является визитной карточкой средневекового города и одним из тех фильмов, где город предстаёт перед зрителем в качестве полноценного героя произведения. Отдельного упоминания заслуживает музыка Картера Бёруэлла: своей тоскливой нежностью фортепианных партий, неспешностью и вкрадчивым звучанием виолончели и скрипки, она тончайшим образом задаёт меланхоличное настроение киноленте, подчёркивая атмосферу средневекового Брюгге и переживания героев.
Порой в фильме появляются неожиданные отсылки к войне во Вьетнаме, придавая главному герою, который работает наёмным убийцей, ещё одну грань, фиксируя уживающиеся в нём противоречия, которые сыграют в сюжете не последнюю роль. Ещё более неожиданно, обернувшись в сюр, в киноленте затрагиваются вопросы расовых конфликтов, в сегодняшних реалиях обретающие новое прочтение. Картина сочетает несочетаемое, то ввергая зрителя в размышления о дихотомии добра и зла, то ловко жонглируя чёрным юмором, то погружая в атмосферу торжествующей витальности. Сценарий фильма строится на чётко выверенных нюансах: тонкая ирония прослеживается между телефонным разговором Гарри и Кена в начале фильма и событиями финальной сцены, в которой зрителю довольно трудно сдержаться от того, чтобы не переиначить известное выражение о Париже и смерти.
Циничная комедия абсурда о киллерах, неспешно прогуливающихся по средневековому городу, при ближнем рассмотрении оказывается трагической притчей о грехе и искуплении, дружбе и чести, поиске и обретении, жертве и прощении. Соединив воедино все четыре сюжета по Борхесу, Мартин МакДона обнажает зрителю человеческую душу, поглощенную внутренними демонами и томимую внутренними ангелами, оставляя каждому оступившемуся место для надежды.
Комментарии 1