Его фильмография полнится культовыми экранизациями Стивена Кинга. А за плечами успешные адаптации серий комиксов «Ходячие мертвецы» и «Байки из склепа». Эмоциональный накал и грамотно прописанные герои — вот две неизменные составляющие картин этого мастера. 28-го января исполняется 67 лет замечательному кинорежиссёру и сценаристу Фрэнку Дарабонту. В день рождения культового автора Никита Адамов решил пройтись по его послужному списку, чтобы разобраться, как и о чём снимает постановщик «Побега из Шоушенка» (1994) и «Зеленой мили» (1999).
P.S. В статье присутствуют спойлеры к фильмам «Побег из Шоушенка» (1994) и «Зеленая миля» (1999)!
Карьера Фрэнка Дарабонта в кино началась со сценариев для фильмов в жанре хоррор. Он успел поработать с командой авторов «Кошмара на улице Вязов 3: Воины сна» (1987), а также написал ремейк «Капли» (1988) и сиквел «Мухи» (1989). Его первый большой режиссёрский проект состоялся на телевидении с выпуском триллера «Похороненные заживо» (1990). Поэтому рано или поздно он бы всё равно пересекся с королём ужасов Стивеном Кингом. Вот только известность, что интересно, Дарабонт заработал благодаря не самым страшным произведениям писателя, а скорее трогательным, жизнеутверждающим и мотивирующим.
Дебютной работой Фрэнка Дарабонта стала 30-минутная короткометражка «Женщина в палате» (1984), и так режиссёр впервые столкнулся с текстом Стивена Кинга. Естественно, он взял из рассказа эмоциональную сердцевину, выкрутив её до максимума и сделав скорее бытовую историю об ужасах смерти и тяжёлой потере близкого, нежели пугающий и леденящий душу хоррор, который, казалось бы, ожидался от произведения «мастера кошмарной литературы». С конца 80-х Дарабонт разрабатывал адаптированный сценарий повести «Рита Хейворт, или Побег из Шоушенка» из сборника «Четыре сезона». Но до постановки добрался лишь в 90-х. Дарабонт сократил длинное название и усилил акцент на слове redemption, что можно перевести как искупление или же очищение. Тюрьма Шоушенк в его трактовке олицетворяла что-то вроде чистилища, где заключённые находились на пути признания и избавления от греха перед тем, как оказаться в раю или аду. Для каждого по-разному.
Автор сравнивает в фильме совершенно разных персонажей с одной и той же заложенной целью. Так, например, находящийся в режиме постоянного ожидания условно-досрочного освобождения Рэд (Морган Фриман) мечтает оказаться вне забора с колючей проволокой и познать, какого это ощущение от пребывания в райских местах. И герою, кажется, удаётся «искупить грехи» и вырваться из тюремного заключения. Избавиться от бремени «призрака», скитающегося по чистилищу. Если судить, по крайней мере, по оптимистичной, но всё же оставляющей легкий осадок концовке (намекающей на смерть героя). В то время как для старика Брукса выход из тюрьмы и жизнь на воле стала невыносимой пыткой. В «Шоушенке» впервые можно увидеть впоследствии повторяющиеся в фильмах режиссёра посылы. Такие, как заключение героев в замкнутое пространство, в котором они непременно обязаны измениться и сбросить неприятную им маску, и притворство как ещё один элемент, зародившийся именно в этой ленте. Персонажи чаще всего играют роль тех, кто им чужд и под воздействием тех мест, в которых вынужденно находятся.
Им необходимо пройти тернистую дорогу, будь она бесконечной канализационной трубой, как в случае данного фильма, или же пролётом от камеры до электрического стула, как в последующей работе режиссёра «Зеленая миля» (1999). Таким образом, они возвращаются в состояние самих себя. Сбрасывают маски и обретают освобождение (то есть redemption). Не так важно, совершил ли Энди Дюфрейн преступление, убив собственную жену и её любовника или нет, вероятно, ему суждено было попасть в стены Шоушенка и избавиться от навязанного обществом образа богатого и успешного франта, научившись ценить то, что вокруг него. Маленькие мелочи, составляющие большую жизнь (вроде бутылочки пива, выпитой на крыше). Как и Джон Коффи в «Миле», взявший вину на себя за дикого Билла, давно познал философию жизни. И через свою смерть передал знания и мудрость ставшим за то время пребывания в тюрьме ему друзьями людям.
Несмотря на скромные кассовые сборы в $28,5 при бюджете в $25 млн, «Побег из Шоушенка» лишь со временем, но всё-таки обрёл культовый статус и зрительское признание. Во многом этому поспособствовали выход на VHS и показ на телевидении. Лента имеет в своей копилке 7 номинаций на премию «Оскар» и честь быть добавленной в Национальный реестр фильмов США. «Побег из Шоушенка» является важнейшим проектом в творчестве Фрэнка Дарабонта, и год за годом удостаивается высокого звания, возглавляя топы и рейтинги IMDb, Rotten Tomatoes и других авторитетных кинематографических ресурсов.
После «Побега из Шоушенка» Стивен Кинг и тюремная тема в его книгах не отпускала Дарабонта. В 1999-м году он с уважением к оригиналу экранизировал внушительных размеров роман писателя «Зеленая миля», вышедший за 5 лет до фильма. Режиссёр попытался сохранить весь текст и не потерять ничего, с одной стороны, даже самого незначительного, а с другой — не растягивать его до размеров мини-сериала. Но и с учётом редакционной чистки хронометраж картины составил почти 3,5 часа. Опять первоисточник и впоследствии лента не содержали даже и намёка на жанр ужасов, но, в отличие от предыдущей картины, эта была выдержана Дарабонтом в направлении магического реализма. А драматургия прекрасно сочеталась с элементами мистики и религиозными символами.
Фильм поднимает проблему трудного выбора между профессиональным долгом и тем, что подсказывает тебе сердце. А также затрагивает темы сострадания, прощения и негативных последствий от поспешных суждений и предвзятого отношения как к отдельному человеку по его поступкам или даже цвету кожи, так и к целой социальной группе вроде заключённых, приговорённых к смертной казни, считающихся отбросами общества и заслуживающих, по мнению большинства, жариться на электрическом стуле. Всё это, как и в книге, пропущено через библейские мотивы.
Отдельные сюжетные линии фильма переплетаются с эпизодами из Евангелия. Очевидно, что Джон Коффи в исполнении Майкла Кларка Дункана — оммаж на Иисуса Христа (на что намекают его инициалы на английском языке J.C., то есть Jesus Christ). Сотрудники тюремного блока — апостолы. Например, шеф Перси (Даг Хатчисон) — олицетворение местного Иуды, а Пол Эджкомб (Том Хэнкс) то ли Андрей, то ли Иоанн. Чудесное оживление мышонка, исцеление и избавление от инфекции Пола отсылает к Лазарю и прокажённому. Переданное Джоном Перси раковое проклятие как переселившиеся из одержимого человека демоны в свиней. Сходя с ума, они все спрыгнули с обрыва, как и Перси, не выдержав зла внутри, покончил с собой. И, конечно, несправедливая, по мнению многих зрителей, финальная развязка с казнью Коффи, словно воссоздающая распятие Христа.
Фрэнку Дарабонту удалось создать не столько глубокий философский фильм, сколько захватывющее зрительское кино, которое вобрало в себя разную гамму эмоций, слёзы, негодования и доброту, поместив всё в крепкую историю с мелодичным саундтреком и визуалом, отдающим дань уважения южной готике. И нельзя забывать про исполнителя роли дикого Билла Сэма Рокуэлла, который потом долгое время не мог избавиться от образа маниакального психопата. Фильм номинировался на «Оскар» сразу в нескольких категориях, но ничего не получил. Зато стал самой коммерчески успешной работой в карьере Дарабонта, собрав в прокате почти $300 млн при бюджете в $60 млн.
Оскаровские номинации драмы «Шоу Трумана» (1998) подарили возможность Джиму Керри раскрыть свой актёрский талант не только в комедийном амплуа. Предложений сыграть серьёзные роли ему стало поступать довольно много, в том числе от Фрэнка Дарабонта с оригинальным сценарием, не имевшим отношения ни к королю ужасо», ни вообще к какому-либо литературному произведению, — а именно романтическая драма «Мажестик» (2001). Артисту, впечатлённому «Побегом из Шоушенка», разумеется, было любопытно поработать с его режиссёром.
«Мажестик» рассказывает о начинающем голливудском сценаристе Питере Эпплтоне, который был обвинён в симпатии к коммунистам. Попав в аварию и потеряв память, он оказывается в небольшом городке, где его принимают за Люка Тримбла — пропавшего героя Второй мировой войны и когда-то достойного гражданина этого поселения. Оригинальный сценарий был написан давним школьным другом Фрэнка Дарабонта Майклом Слоуном. Тот и предложил режиссёру экранизаций Стивена Кинга взяться за него и немного отвлечься от книг короля ужасов.
В немного грустной и ностальгической, но пародийной манере «Мажестик», подражая классическому голливудскому кино 40-50-х годов, затрагивает тему цензуры: как глобальной, так и внутренней. И говорит через исторический контекст и отсылки к МакКартизму и Кодексу Хейса, что если не свободен в душе, то несвободен вообще нигде. Дарабонт опять прибегает к излюбленным ходам: вроде мотивов суда и тюрьмы, общественного порицания и преследования и морального освобождения и избавления от масок. В итоге единственный проект Фрэнка Дарабонта, не относящийся к творчеству Стивена Кинга, в прокате провалился. Но подарил Джиму Керри возможность двигаться дальше и не останавливаться на кривляниях и смешных отыгрышах.
На 6 лет Дарабонт пропал с радаров. Но в 2007-м вернулся, оставшись неизменным себе и Стивену Кингу. Тонко чувствующего и не менее филигранно передающего человеческую психологию на экране режиссёра заинтересовала повесть писателя из антологии «Тёмные силы» под названием «Мгла»: яркий пример истории о природе ненависти среди людей и самопожертвовании. Попытки экранизировать «Мглу» предпринимались им ещё с начала 90-х годов. И после выхода «Побега из Шоушенка» сценарий много раз переписывался Дарабонтом. Он хотел добиться достоверной демонстрации взаимодействия разных по поведению и подходу к критической ситуации персонажей в одном замкнутом пространстве перед лицом общей угрозы. И вместе с этим, отсылаясь к классическим ужастикам, он бесконечно экспериментировал в тексте с простотой подачи, стараясь создать прямолинейную, но мощную картину, не обращаясь к метафорам и символам.
Избежать этого полностью у Дарабонта не получилось. В процессе разработки, чтобы более детально и, самое главное, увлекательно раскрыть концепцию и сюжет, режиссёр позаимствовал некоторые моменты из других произведений Кинга, а что-то додумал самостоятельно. Так появился правительственный проект «Стрела». А с ним и портал, из которого и вышли монстры, обитающие в густом тумане. Портал метафорично служил зеркалом, отражающим людей, враждующих между собой и ожесточённых из-за возникшего катаклизма. И пока твари орудуют снаружи и сеют хаос, персонажи не замечают, как занимаются тем же самым за дверьми супермаркета. Постановщику было интересно показать, как паника и страх быстро распространяются и передаются в социуме, пусть и не в очень большом. Затронул он и влияние суеверий и судьбы на жизнь человека.
Как в идентичном катастрофическом моменте некоторые обращаются к слепой вере и теряют инстинкт самосохранения, полагаясь на роковое решение или чудесный, возникший из ниоткуда выход. А кто-то сохраняет в себе хладнокровие и продолжает во что бы то ни стало жить. Или выживать. Но попутно, в качестве издёвки, режиссер вбрасывает мораль: «Хочешь рассмешить Бога — расскажи ему о своих планах», которую выделяет толстой красной линией мрачный и шокирующий финал, придуманный самим Дарабонтом. Фильм принёс неплохую кассу и запомнился зрителям изобретательно выполненными монстрами и концовкой в качестве изюминки картины. Фрэнк Дарабонт уже давно не снимает кино для большого экрана, но поклонники его творчества с нетерпением ждут от него новых работ, вероятно, основанных на произведениях Стивена Кинга.
